Семья в социуме, социум в семье

Тема сообщения:
Семья в социуме, социум в семье.

Семья является частью более широкой социальной сети и подвержена воздействию различных сил со стороны среды, в которой она существует, и со сторо­ны людей, с которыми приходится иметь дело. Если мы хотим правильно понять, почему семьи ведут себя так, а не иначе, следует оценить подобные воздействия. Диализ причин социального и психологического благополучия-неблагополучия семьи требует изучения, не только личностных качеств членов семьи, но и факто­ров социального окружения, правил и норм поведения, оказывающих решающее влияние на всю семейную систем.

Семья и общество — это модели одной и той же системы, но разного масштаба. Обе включают людей, которые должны работать и жить вместе, чьи судьбы тесно переплетены друг с другом. И в обществе и в семье есть много общего: руководитель играет свою роль и обращен при этом к подчиненным, молодой — к старому, мужчина — к женщине, и каждый участву­ет в принятии решений, использует свой авторитет и стремится к общим целям.

Жизненный план одного конкретного человека яв­ляется частичкой громадной психологии всего челове­чества, которая с эпохи пещерного человека и периода раннего земледелия и скотоводчества до эпохи великих тоталитарных государств и вплоть до сегодняшнего дня очевидно мало изменилась. Несмотря на многообразие аспекты нашей сегодняшней действительности «Нор­мальность» обозначает сегодня умение не волновать­ся. Родители сами являются беспомощными и невеже­ственными детьми нынешнего времени. Это один единый образ жизни, и он все более активно осваива­ется. Но вероятность этого будет меньшей, если мы от­кровенно признаем неблагополучие нынешней ситуа­ции, проанализируем его и попытаемся объединить потенциал веек заинтересованных сил. Полученные в эмпирических исследованиях результаты указывают на необходимость учета различных аспектов семейной жизни, социальных условий и особенностей школьной среды для предупреждения девианты ого поведения и нарушений психического развития у детей.

И, наконец, все мы должны понять, что жизнь делают люди и то: какие отношения складываются между ними, определяет все, что вообще происходит с человечеством и миром, в котором оно живет. «Любовь и семья — пересечение всех мировых сил, которые правят жизнью, зеркало всех перемен, которые идут в человечестве. И чтобы по настоящему понять, что про­исходит в любви и в семье, надо, наверное, понять, что делается в устоях цивилизации, в глубинах социаль­ной жизни: личные судьбы можно по-настоящему по­стичь только через планетарные призмы».

История человеческих отношений может быть най­дена в древних памятниках, в залах суда и моргах, в игорных домах и письмах к редакторам журналов, на парламентских заседаниях, когда кто-нибудь пытается направить на путь истинный целые народы, доказы­вая, что то, что его родители говорили ему в младенче­стве, подойдет и для всего мира. Все, что люди знают, во что они верят, как они разрешают возникающие конфликты, начинается в семье. Но в, то, же время в деятельности государственных институтов отражают­ся семейные традиции. Мир — это семья, в которой живут разные нации, состоящие из таких же людей, как мы с вами. Как и в любой семье, ими управляют люди. Именно они, становясь руководителями государ­ства, сталкиваются с теми же задачами и проблемами, имеют такие же возможности, как и члены каждой отдельно взятой семьи. Создание мира на земле очень похоже на создание дружной семьи.

В настоящее время раскрытие интегративных осо­бенностей отношений семьи с социальной средой пу­тем создания профилактической программы на основе взаимодействия всех общественных сил, преобразова­ния объективных и субъективных условий взаимодей­ствия семьи с окружающим миром в целостный еди­ный процесс — важные направления практической психологии. В современных условиях полностью теря­ет смысл представление о государстве как единствен­ном субъекте целеполагания, формирования и реали­зации семейной политики. В настоящее время цели семейной политики и пути их достижения в возраста­ющей мере формируются в рамках гражданского об­щества, во взаимодействии трех субъектов социальной жизни — семьи как малой группы, разного рода соци­альных и территориальных общностей и объединений, формальных и неформальных и государства, в лице его специализированных органов (федеральных, регио­нальных и локальных).

Семьям надо искать единомышленников в обще­ственных организациях и образовывать с ними единый союз. Семья должна стать объединяющим звеном в об­ществе, это одни из его немногочисленных союзов, у которого занимаемое пространство и количество чле­нов настолько малы, что все знают друг о друге почти все и даже могут: уместиться в одной комнате.

Современная превентивная проблематика требует новых ценностных акцентов. Именно философское осмысление социально-психологических проблем — стремление к достижению гармонии отношений семьи с обществом, другими людьми, очищение разума и души человека от всех видов социального зла, защита и раз­витие подлинных достижений культуры, укрепление семьи как социального института, предотвращение ее деградации — сегодня выходит на первый план.

Эта цель наиболее полно выражается в упрочении семейного образа жизни и требует переориентации всей социальной жизнедеятельности с интересов ин­дивида, одиночки на интересы жизни в семье и семейных форм организации семьи и брака, изменение семейных функций и домашнего обустройства. Не так уж и много существует психологических различий в семейных со­бытиях и их участниках. Джозеф Кемпбел книге «Че­ловек с тысячью лиц» резюмирует это следующим об­разом: «Современная роль Эдипа, бесконечный роман Красавицы и Чудовища разыгрываются сегодня вече­ром на углу Сорок второй улицы и Пятой Авеню в про­межутке между сменой красного сигнала светофора на зеленый». Он показал, что и в нынешнее время конк­ретные люди просто стремятся выжить. Очевидно, все деты с рождения человечества должны бороться с теми же житейскими проблемами, имея в своем распоряже­нии те же средства.

Для этого в каждой семье детей учат, как жить в обществе, как быть дисциплинированными, каким об­разом строить с вон отношения с противоположным по­лом, как обращаться с деньгами, с кем дружить, как устраивать свои дела, как следует относиться к неспра­ведливости и другим негативным явлениям, нередко диктуют, каким должно быть жизненное кредо. Позна­ние мира для детей сводится к тому, что они узнали от старших и что им помогли увидеть.

Однако современное общество стало настолько сложным, что семья в одиночку уже не может научить детей всему необходимому. К этому процессу подклю­чаются другие организации и государственные учреж­дения, «внесемейные» лица. Социальные проблемы локализуются не в отдельной личности и не в отдельной ячейке общества, каковой является семья, а в системе социального взаимодействия, в его особенностях, которые определяют социальную ситуацию личности или семьи. Причем в это взаимодействие вовлечены не, толь­ко отдельные индивиды или семьи и их группы, но и локальная администрация, образовательные, медицин­ские, социальные и т. п. службы, правоохранительные органы, органы опеки, охраны материнства и детства, экономические субъекты, политические партии, груп­пы интересов и пр.

И, в конце концов, в семейную систему возвраща­ется то, что вложили в детей школа, церковь, государ­ство. Эти общественные организации, созданные людь­ми как необходимые институты воспитания, в конечном счете, подрывают единство и целостность семьи. Шко­лы отдаляют детей от родителей, работа на предприя­тиях отрывает женщин и мужчин от дома, а государ­ство отправляет молодых людей воевать на чужбине. Сложность ситуации заключается в том, что члены семьи просто не способны воздействовать на эту широкую социальную среду со своего микроуровня.

Проблема разрешается путем договорной регламен­тации взаимоотношений семьи как социального инсти­тута и государства. Иначе говоря, семья и государство заключают между собой общественный договор, в кото­ром на равноправной основе эксплицируются и форму­лируются все существующие политические, социальные, экономические и другие отношения между ними.

С одной стороны, общество должно нести ответ­ственность за то, чтобы семья в полном объеме и каче­ственно выполняла свои функции воспроизводства и социализации новых поколений. При этом общество в лице государства и других социальных институтов свободно в принятии и поддержке тех типов семей и семейного поведения, которые в наилучшей мере удов­летворяют его интерес в обеспечении устойчивого воспроизводства и успешной социализации подраста­ющих поколений.

С другой стороны, семья как социальный институт: обеспечивает общество трудовыми ресурсами, испол­нителями социальных ролей. Без этого «продукта се­мейного производства» социальная система не может функционировать. В принципе семья также независи­ма от государства и имеет право принимать любые решения, касающиеся ее жизни, совершенно самосто­ятельно, сообразуясь лишь с собственными целями и интересами. Это означает право семьи на любой тип семейного поведения и на любой образ и стиль внут­рисемейной жизни (лишь бы он не был криминальным). Это означает, что и любые типы взаимосвязи супруже­ства, родительства и родства в лоне семьи также неза­висимы от государства.

Однако социологи бьют тревогу: спонтанное раз­витие семьи связано с периодом, когда быстрое сни­жение смертности сделало ненужной высокую рождаемость. В наше время нормативным массовым стало одно-двухдетное родительство. Вся свобода выбора свелась к выбору между однодетностью и двухдетностью, которые и с демографической, и с социально-пси­хологической и с любой иной точки зрения совершен­но неразличимы. Многообразие семенных структур сведено к малодетности, к обезличенной стандартнос­ти этого единственного типа семьи и репродуктивного поведения. Это резко снижает семейную стабильность, ухудшает положение семьи как социального институ­та, который предполагает плюрализм семейных струк­тур, включая многопоколенные семьи с тесными род­ственными связями или, по крайней мере, нуклеарные семьи с несколькими детьми.

С социологической точки зрения, семенная политика государства должна быть направлена на возрождение семьи, семейного образа жизни, фамилистической куль­туры общества, укрепление семьи как социального ин­ститута. Укрепляя семью как социальный институт, сле­дует создавать условия реализации потенциала отдельных семей при решении конкретных жизненных проблем таким образом, чтобы семьи и их члены могли бы сами извлекать доходы из своей экономической деятельности и использовать их для поддержания того образа жизни, который они считают приемлемым для себя.

Семейная политика с необходимостью должна быть ориентирована на совершенствование всего строя со­временной цивилизации, по существу антисемейной, враждебной семье, невосприимчивой к ее проблемам и болезням.

Социальная среда предоставляет широкий выбор агрессивных и противоправных моделей поведения, социальные пороки становятся общедоступными. Дух цивилизации сегодня настолько силен, полон соблаз­нов и греховности, что способен проникать в челове­ческие души через все мыслимые и немыслимые огра­ды. Мы постепенно начинаем осознавать, что переме­ны должны начинаться с каждого конкретного челове­ка, с каждой семьи.

Социальные условия порождают и поддерживают ценности парными путями. Социальные психологи считают, что большая часть социальных восприятий за­висит от истолкования данной ситуации, чем от самой этой ситуации: человеческие чувства, мысли и поступ­ки формируются в результате влияний, оказываемых людьми друг на друга. Как и большинство социальных навыков, усвоение модели антисоциального поведения происходит в наблюдении за действиями окружающих и фиксировании последствий этих действий. Эта при­чина может быть связана с явлением «заражения», которое состоит в том, что люди копируют поведение и принимают стандарты и установки, характерные для данной микросреды обитания.

Человек — существо общественное, которому для того, чтобы выжить, необходим целый ряд социальных связей. Постоянное взаимодействие с другими людь­ми, с социальной средой, в которой он живет, форми­рует его личность во всех аспектах, какие только мож­но себе представить.

В социально-психологической литературе было опуб­ликовано немало дискуссий по поводу роль той социаль­ной среды, в которой живут семьи. Знание факторов, которые не способствуют благополучию семей в том или ином районе и их участию в общественной деятельности, в целом, очень ограниченны. Вместе с тем эмпирически выделенные факторы составили четыре основные груп­пы: а) разногласия между родителями и отсутствие четких дисциплинарных требований в семье; 6) психические нарушения и криминальное поведение родителей: в) низ­кий социальный статус семьи и плохие жилищные усло­вия; г) неблагоприятные особенности школьной среды.

Еще одной причиной может быть отвержение и де­морализация семей. Это происходит из-за того, что на семьи навешиваются ярлыки неблагополучных. М. Райтер указывает еще на низкий социальный статус района. В основе этого явления лежит целый комплекс причин. Одна из них заключена в том, что в районах с низким социальным статусом сосредотачиваются «трудные се­мьи», поскольку это единственные районы, в которых они могут найти жилье.

Вторя классикам, можно констатировать порази­тельную вещь — любовь и воля, которые в былые времена всегда помогали справиться с жизненными не­взгодами, в наши дни сами стали проблемой. С этим обстоятельством тесно связана другая особенность» характерная для современной культуры, которая осно­вана на стимулировании потребности покупать, на идее взаимовыгодного обмена. Счастье современного че­ловека выражается в восторге, с которым он разгля­дывает витрины, и в возможности купить все, что он может себе позволить — за наличные или в кредит. Точно также он (она) смотрит и на людей. Привлека­тельная девушка для мужчины или привлекательный мужчина для женщины — это призы, которые они стараются заполучить. «Привлекательность» обычно означает набор популярных качеств, пользующихся спросом на рынке личностей. Что именно делает чело­века привлекательным, зависит от моды.

Неудивительно, что в культуре, где преобладает ориентация на рынок, а материальный успех имеет исключительную ценность, любовные взаимоотноше­ния следуют тон же схеме обмена, которая главенству­ет на рынке товаров и рабочей силы.

Прошло время, когда человеком двигали немно­гие стимулы, на которых сосредотачивались все силы его души и которые превращались от этого в страсть» в мощный пучок энергии, направленный в одну точ­ку. Мы живем в эпоху многих стимулов, и духовная жизнь человека резко переменилась, в нее вошли — экономика, политика, рабочие обязанности, матери­альные и бытовые запросы, культурные и творческие тяготения, тяга к развлечениям и увлечениям. Любовь отошла назад, потеснилась… уступила им часть своего места среди пружин личной жизни. А вместе с этими громадными переменами, любви мешают стрессовые нагрузки, нервная усталость, социальные тяготы и не­хватки. Вся жизнь людей перестраивается в своих ос­новах, и любовь занимает в этой перестраивающейся жизни новое, тоже перестраивающееся место. Она приходит в новые соотношения с потребностями, про­питывается новыми переживаниями, по-новому сплав­ляется с другими чувствами. Она что-то теряет, и что-то приобретает, делается в чем-то слабее, в чем-то сильнее. В ней идут драматические переломы, и они больно ранят душу.

Люди, живущие в нынешнее время, должны защи­щаться от ужасного сверхстимулирования, от хлещуще­го из телеприемников потока слов и шумов, от конвей­ерных потребностей промышленности и гигантских «фабрик» индустрии развлечений. В среднестатистичес­кой семье телевизор работает до 7 часов в день: на каж­дого члена семьи приходится по 4 часа. Телевидение часто разрушает созданную безоблачную картину жиз­ни. Очень трудно оставаться в блаженном неведении, когда видишь передачи, рассказывающие о событиях, происходящих в мире. Две из каждых трех вечерних программ содержат сюжеты насилия и наркоупотреб­ления. К моменту окончания средней школы ребенок просматривает по телевидению около 8000 сцен с убий­ств и 100 000 других действий с применением наси­лия и употребления наркотиков.

Имеет ли это значение? Подталкивает ли телепоказ криминальных сюжетов в прайм-тайм к воспроизведе­нию тех моделей поведения, которые в них изобража­ются? Или зритель, заочно участвуя в агрессивных действиях, освобождается от агрессивной энергии?

Последняя идея, являясь вариацией гипотезы катарсиса, утверждает, что просматривание драмы, содер­жащей насилие, помогает людям высвободить загнан­ную внутрь агрессию. Защитники массовой культуры часто ссылаются на эту теорию и напоминают, что на­силие появилось раньше телевидения. Споры продол­жаются до сих пор. Однако бесспорным является тот факт, что наблюдение образцов насилия по ТВ: 1) ведет к усилению агрессивности; 2) повышает порог чувстви­тельности зрителей к насилию; 3) формирует взгляды на социальную реальность.

Жизнедеятельность семьи реализуется одновре­менно с миром природы и в специфической для чело­веческого общества информационной среде, имеющей свои механизмы развития и функционирования. Харак­терной особенностью нынешней ситуации является то, что всей человеческой цивилизации присуще постоян­ное и стремительное расширение, осуществляемое самим же человеком (отдельными личностями, группа­ми людей, организациями, определенными социальны­ми институтами и т. п.). Особенно бурно расширение информационной среды общества происходит в пос­леднее время, и темпы его растут. К сожалению, в последние годы важнейшая часть информационной среды стала более агрессивной и примитивной.

Кровавая теледиета дает обильную пишу для наркомании, сексуальных деформаций, предлагает модель для «прожигания жизни». Вмешательство родителей в данном случае не является конструктивным. Родители могут запретить, но не могут «выключить» влияние ТВ.

Все исключительно сложные и взаимозависимые процессы, происходящие в природе и обществе, отно­сятся к информационному взаимодействию. Мудрая природа уже изначально способна к полноценному воспроизводству и имеет многократный запас прочнос­ти устойчиво противостоять негативным внешним и внутренним воздействиям. Однако человек (в своем неуемном стремлении победить природу, жажде к так называемому научно-техническому прогрессу и нена­сытном стремлении к материальному благополучию) каждодневно ведет неутомимую саморазрушительную деятельность. В результате — нарушение иммунного ста­туса, адаптационных и генетических свойств организ­ма, развитие всевозможных тяжелых и неизлечимых заболеваний, нарушение эколого-информационной среды обитания и био-энерго-информационного рав­новесия. Самое печальное — это духовно-нравствен­ное обнищание общества и разрушение полноценной личности человека и ее колыбели — семьи.

Таким образом, в наше время со всей очевиднос­тью встала проблема защиты здоровья и реабилитации, как человека, так и самой среды обитания. Особенно актуальна проблема экологической информационной чистоты для семенной системы.

Пока же, в мире, в котором вещи и деньги превра­щаются в средство идентификации, грозя, подобно лаве, испепелить и удушить все живое на своем пути; в мире, в котором секс стал настолько доступен, что сохранить хоть какой-то внутренний центр можно только одним способом — научиться безучастно совершать половой акт — в этом мире, который молодые люди ощущают более непосредственно, поскольку у них не было вре­мени возвести линию обороны, притупившие чувства старшего поколения, нет ничего удивительного в том факте, что кризис современной семьи увеличивается. Весь мир пронизан беспокойством, люди цепляют­ся друг задруга, и пытаются убедить себя, что испыты­ваемое ими чувство — любовь, они не принимают воле­вых решений, потому что боятся, выбрав нечто одно, потерять другое, и чувствуют себя слишком неуверен­но. В результате разрушается фундамент положитель­ного социального воздействия общества на личность и семью. Конечно, общественные и государственные орга­низации могли бы больше и лучше заботиться о благо­получии семьи. И это наверняка возможно. В нашем урбанизированном и индустриальном мире социальные институты должны быть экономичными, практичными, эффективными, однако по большей части они бесчело­вечны. Ведь не новость, что в этих организациях сегод­ня процветает культ силы и вещей. И современные семьи вполне приспособились к этому.

Проблема заключается в противоречии между воз­можностями положительного воздействия общества на семью и реальными мерами со стороны правоохрани­тельных органов, учебных заведений, государственных структур и пр. В современных условиях перекачка ос­новного «массива» внутренней энергетики ценностно­го и эмоционального порядка с профессиональных, общественных и других отношений на отношения «са­мые вечные» и «самые чистые», какими являются лич­ные отношения, как ни печально это звучит, начинает деформировать и разрушать именно эти самые значи­мые отношения. В результате растет оцепенение от чувства собственного бессилия.

Осуждая социальные пороки, мы до такой степени приписываем криминальное поведение личностным диспозициям, что не принимаем в расчет ситуативные факторы. В том невнимании и отсутствии помощи, с которыми сталкиваются дети, подростки, молодые суп­руги, виноваты не только родители, но и почти все ей. Для того, чтобы эту цель выразить более конкретно, необходимо, по мнению социологов, учитывать тот факт, что сегодня не только в нашей стране, но и прак­тически во всех развитых странах мира преобладают неполные, осколочные и вырожденные формы и раз­новидности семьи, квазисемейные и в несемейные фор­мы существования, причем степень общественного принятия и одобрения всех этих форм нарастает.

Литература

Л.Б.Шнейдер. Семейная психология. Учебное пособие для вузов. 2-е изд. — М., Академический проект. Екатеринбург: Деловая книга. 2006.




Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

37 − = 27